«r Ад Министр @ Тор», гипер роман, книга 1/4 «Путешествие в Рай-Город», роман, глава 31

Что есть жзнь, ак не череда мгновений, которые однажды начались и так же однажды закончатся. Без нашей воли, без нашего участия.

Векселя 100, 12%

Разве была у кого-то воля родиться, а, тем более, воля умереть, … ну, не считая самоубийц, которыми явно движет дух одержимости.

Путешествие в рай-городНо всё ли так просто?! А вдруг воля родиться у каждого была?! И вдруг воля прекратить жизнь тоже существует?! … Не так явно, не в мыслях даже…. Где-то внутри человеческого существа, быть может, даже скрыто от его сознания, на каком-то другом уровне.

Ведь как-то реализовалась же воля Димы попасть в квартиру Вероники?

Это была словно искра, просверлившая мысль, как озарение, вспыхнувшее на небосклоне сознания и тотчас погасшее, словно пронёсшийся по небу метеор. Но оно же было!

Дима точно помнил, как на краткий миг, поскольку ему некуда было деваться, он твёрдо решил, что сегодня во что бы то ни стало окажется в квартире Вероники. Он даже представил, как в ней находится. И вот, … это материализовалось.

Поэтому, ви, и с волей чело на всё прочее, что случается в его жизни, дело обстоит также. Сильное, импульсивное желание, подчас даже настолько краткое, что прошмыгивает мимо сознания человека, и он не обращает на него внимания, наверняка предшествует каждому событию в его жизни. А разве дело обстоит иначе?!

Кто считает человеческий мозг совершенной биологической субстанцией, наверняка прав, потому что, изучая его, учёные зафиксировали поразительный факт, который заключается в том, что он обрабатывает четыреста миллиардов бит информации ежесекундно.

Но поразительно не это. Поразительно как раз-таки то, что человеческое сознание из этого безбрежного океана информации улавливает только … две тысячи бит в секунду. Как говорится, почувствуйте разницу!

Совершенно ясно, что это неспроста! В природе нет ничего, что вало бы просто так, и, как сказал Экзюпери: «Если на небе зажигаются звёзды, значит, это кому-нибудь нужно!»

У го есть причина. Всё, что существует без причины, становится атавизмом и отмирает. За этим даже не надо далеко ходить: доказано в рамках школьного курса биологии. Так, может быть, и человеческое тело «отмирает», когда становится ненужным, перестаёт быть полезным? И, может быть, правы фаталисты, что час прихода и ухода каждому в этот мир загодя определён?

Невольно хочется задаться вопросом, вернувшись к истории с человеческим мозгом: а на кого работает наш мозг? Да, на кого, если нам позволено из четырёхсот миллиардов бит информации, которые он «лопатит» ежесекундно, использовать всего лишь две тысячи? Да и хозяева ли мы, вообще, тогда своей жизни?!..

Битый час Дима валялся в постели и размышлял подобным образом о смысле бытия.

Задуматься было над чем! Внезапно возжелав, он без особых усилий со своей стороны «впрыгнул» в чужую жизнь именно в тех параметрах, какие возникли в его подспудном желании!

А десять миллионов рублей, которые вдруг, ни с того ни с сего, возникли в его руках?!.. А потом так же, как пришли, так и ушли! И «мама»?!.. Внезапно появилась в его жизни и так же внезапно исчезла навсегда, как её и не было! Не были ли они плодом работы его мозга, которые произошли за рамками тех двух тысяч бит информации в секунду, которые доступны человеческому сознанию?!.. И если да, то, вероятнее всего, что богом стать очень просто: достаточно получить доступ к ресурсу, который скрыт в тебе самом, к тому океану информации, который ежесекундно проносится в человеческом мозгу.

Человек создан «по образу и подобию божию»! Значит, это не какая-то там метафора! Это истина! Это ключ к разгадке всего!..

Человек может стать бессмертным и всесильным, он может запросто совершать путешествия в иные измерения, которые наверняка есть, и даже управлять вероятностью событий так, как ему заблагорассудится. Но при одном условии: из той утлой каморки, которая ему отведена в собственном мозге, он должен выйти и получить доступ для своего сознания ко всему океану информации, который несётся через него неизвестно откуда и неведомо куда!.. А, главное, неизвестно для чего!

У информации есть энергия. Сама информация – это энергия, только в отличие от той вихревой и бесшабашной энергии движения электронов под действием электродвижущей силы, она энергия структурированная, то есть обладающая смыслом, бытием, сознанием.

Оказывается, это так просто! Чтобы существовать, присутствовать в мире, осязать себя, необходимо обладать структурированной энергией! Вот и всё! Никакого тебе материального носителя! Ничего для этого не надо! Один единый дух! Но если ему тяжело существовать подобным образом, то он должен на чём-то закрепиться, создать для себя грубую материальную оболочку и позволить ей жить своей жизнью, дать ей немного своей структурированной энергии, чтобы у неё был смысл существования, чтобы она осознавала себя, как часть проявленного этой структурированной энергией мира, и даже могла взаимодействовать в его рамках с себе подобными оболочками и с тем, что облеклось структурированной энергией в некие формы и закостенело: с материей.

Так и получается человек: образ и подобие божие. Образ! Подобие! В этих двух словах есть глубокий смысл, который очерчивает границы возможностей телесной оболочки духа.

Во-первых, человек – не есть бог. Он всего лишь образ его! Его многомерный слепок, но многомерный не в плане трёх измерений, а гораздо шире. У этого образа есть место в мироздании, как в пространстве, как во времени, так и в событийном ряде преобразований мира, как материального, так и духовного.

Иуда Искариот наверняка знал ещё до того, как воплотиться, о своём событийном образе: предать самого воплотившегося Господа. Это страшная и почётная миссия. И, наверняка, ещё до своего воплощения в этот образ с радостью отдал бы свою мерность какому-нибудь другому образу. Но в том-то и вся загвоздка, что какой бы дух ни воплотился в мерность этого образа, с изнанки, с другой стороны, которая нам, образам божьим, есть проявленный мир, всё равно получился бы Иуда Искариот!

Образ! Это как перчатка: какой палец не вставь внутрь пальца перчатки, он всё равно заполнится и будет образом того, что скрыто, под ним внутри. А то, что скрыто, может быть указательным пальцем или безымянным, либо вовсе мизинцем, правда наполненность образа от этого изменится, а иной дух и вовсе не сможет войти в некий образ, поскольку внутри него ему будет тесно.

О том, что мы образы, пальцы перчатки, в которые входит дух, сказано и в Библии: «вселюсь в них и буду ходить в них; и буду их Богом, и они будут Моим народом»

А подобие?! Подобие всегда есть малофункциональная тень оригинала. Максимальное подобие есть точная копия его, но нигде не сказано, на каком уровне создано наше подобие по отношению к Богу!

Впрочем, если судить о доступном человеку ресурсе его собственного мозга, то по аналогии можно сказать, что он есть подобие Бога в масштабе пяти десятимиллионных процента его могущества. Потому так для человеческой истории велико понятие народ, ибо один человек по подобию своему не способен и близко приблизиться к Богу, но народ, увлечённый единой идеей, – да. А каким числом должен быть тот народ, что стать по подобию своему вровень с Богом? Нетрудно сосчитать из того, что известно. И пусть с погрешностью, но смело можно сказать, что ещё и числа того людей на земле нет!.. А единодействующего в таком числе своём народа нет и подавно!..

Дима прислушался к своим мыслям.

Было такое впечатление, что это не он говорит сам с собою, но кто-то вещает ему.

Так, ещё полежав, прислушиваясь к самому себе внутри себя, он вдруг испугался, что от психического потрясения сходит с ума, откинул одеяло, встал и подошёл к окну.

Альта-Спера.-Администртор. Выпущенные книгиЗагадка произошедшего, такого неказистого в своей простоте события, не давала ему покоя.

Ведь если он смог сделать это, значит, натренировавшись в этой практике, сможет сделать что угодно! Быть может, даже Веронику заставит себя полюбить!

Снова Вероника!

При воспоминании о ней Дима поморщился как от зубной боли и не потому, что она была ему противна, а потому что так и осталась, не смотря ни на что предметом его вожделения.

Как можно стать богом, когда ты не способен даже избавиться от предмета страсти в твоей голове, засевшего однажды?! А ведь ещё несколько дней назад, когда он проснулся один в роскошной квартире, ему вдруг показалось, что свершилось чудо, и он теперь нисколько не зависим от её образа.

Но это было лишь временное просветление! Чем дольше длилось происходящее, чем больше дней проходило с той поры, что Веронику увезли, тем явственнее выступал её образ на передний план, тем больше жаждал он её, и сумасшествие, что называется любовью, снова овладевало его мозгом всё сильнее.

Какая свобода?! Какой ключ к миллиардам бит проносящейся ежесекундно в мозге информации? – он не в состоянии был справиться с единственной занозой, которая саднила в его голове, с Вероникой.

А ведь ещё недавно было впечатление, что он навсегда от неё избавился! Но вдруг то, что он получил взамен, оказалось не так важно и не столь нужно, и с каждым днём всё больше блёкло в его глазах!

Понимая, что Вероника с каждым днём своего отсутствия всё более возвращается полноправной хозяйкой его жизни, всё более завладевает его мыслями, Дима осознал, что обречён думать о ней вечно.

Но за что ему такое наказание?!..

Он прошёлся по квартире, и ноги принесли его к большому зеркалу в коридоре. Дима разделся и посмотрел на себя в него, потом внимательно присмотрелся к своему безусому ещё лицу, и стал собирать по квартире, какую только можно было найти, косметику.

Надо было отвлечься и от одолевающих его непонятных мыслей, таких серьёзных и, возможно, содержащих в себе даже ключ к разгадке тайны бытия, которым, как Золотым ключиком из «Буратино», можно было бы открыть потайную дверцу за холстом в совершенно иной мир. Но Дима не хотел этого, потому что его в этом мире держал весьма крепкий якорь: Вероника.

Впрочем, он был бы не против для начала избавиться хотя бы от него….

Через полчаса макияж был нанесён. И в зеркале он увидел весьма смазливую мордашку.

Это было открытие! Дима бросился примерять одежду Вероники. Да, она была шире его в бёдрах, и вещи смотрелись немного мешковато! К тому же у него не было той роскошной груди!

Дима набил лифчик ватой и снова облачился в Вероникино платье: теперь вроде бы ничего.

Это было похоже на повреждение ума, но теперь он решил выходить на улицу только в таком одеянии. Он будет женщиной! Вернее, нет!.. Примет женское обличие, оставшись внутри мужчиной! Для чего?!..

В принципе, искать оправдания своему намерению долго не пришлось. Во-первых, его ищут менты. И выходить в город, прикинувшись цыпочкой, куда безопасней. Во-вторых, ему хотелось избавиться от засевшего в нём образа Вероники, раз и навсегда, а для этого все средства были хороши, в том числе и такие. Пуститься во все тяжкие, если это поможет? – почему бы и нет! А в-третьих, … в-третьих, Диме вдруг захотелось проверить, как это будет, если он вздумает потусить в таком виде….

Едва на вечернем небе зажглись звёзды, из квартиры Бегетовой Вероники вышла весьма симпатичная девица, одетая довольно-таки броско, и было нетрудно понять, куда и для чего она направляется.

Город Сумы – место удивительное тем, что здесь ещё с советских времён кафе и баров открыто столько, что, при желании, каждому жителю города в них хватило бы места.

wmkeeper_128x128Особой ю всегда, и сейчас, и прежде, пользовались несколько кафе и баров, расположенных в самом центре города, за центральным универмагом, на горбатой улочке. Примечательно было, что входы в них находились на небольшом участке стены здания, и, выйдя из одного кафе, что было на поверхности земли, ступив буквально пару шагов, можно было попасть в бар, что находился под землёй, но вход в «андеграунд» был тут же, в метре от выхода из «земного» заведения. Общее название у всех кафе этой группы было «Под фонарём». Народ здесь во все времена «тусил» непонятно на какие средства с утра до вечера, пока заведения работали. Здесь было мило, уютно, очаровательно, но…. Было много «но», почему «дивчына Дима» не направилась туда. И одним из них было то, что основная часть их прежней компании, в которой проще всего было проверить, как работает маскировка, тусовалась теперь немного в другой стороне, на Сотне, центральной пешеходной улице города, а именно, в «Снежинке».

Конечно, кроме группы кафе и баров «Под фонарём» и тех многочисленных заведений, что были на Стометровке, в городе было не счесть ресторанов, баров и кафе.

Свои кафе, бары и рестораны были по всей улице Харьковской, в районе, прилегающем к железнодорожному вокзалу, на Курской улице, и даже на Пришибе, что до постройки нового моста через Псёл, вообще, считался забытым богом местом, отчего, наверное, и получил своё название.

Множество кафешек и баров было и в Детском парке «Сказка», и напротив него, по другую сторону проспекта, стрелой летевшего от железнодорожного вокзала к гостинице «Сумы», в здании ресторана «Кристалл», возле которого располагались знаменитые далеко за пределами города фонтаны с цветомузыкой. Но всё же самыми центровыми, престижными и дорогими были те, что находились в центре города: на Стометровке, в ресторане «Театральный», «Под фонарём», ну, и у Харьковского моста.

Прежде компания Бегемота, которая вилась, да и образовалась вокруг одной единственной идеи: его страсти к Веронике и желания жениться на ней, – тусовалась в самом центре города и могла себе позволить отдыхать даже в одном из трёх залов ресторана «Театральный». И это было удивительно только для тех, кто не знал, что все посиделки оплачивались из кармана Евгения Бегетова.

Однако потом, едва состоялось событие, ради которого всё это и затевалось: Вероника вышла за него замуж, – компания перестала есовать его и, потеряв единственного спонсора, переместилась сначала в бар «Под фонарём», где в основном уже остались те, кого согласен был видеть при себе и привечать Гвоздев, а потом и, вовсе, в «Снежинку» на Стометровке.

Одним словом, тусовка распалась на несколько, что было и не удивительно, поскольку смысла в её дальнейшем существовании не осталось, а те, кто привык за это время к злачным удовольствиям, теперь решали эту проблему самостоятельно.

Самые неустроенные обитали теперь в «Снежинке». Временно вроде бы их тоже взял под свой патронаж Гвоздь, но он сам чаще отдыхал «Под фонарём», куда изгои из «Снежинки» были не вхожи. И постепенно шефство над компанией взял на себя Цындренко, у которого были свои виды не тех, кто отбился от стаи. Среди них была и Анжела.

Как таковая, она его никогда не интересовала, но сейчас Диме хотелось проверить, узнает ли его Анжела в том облачении и антураже, в которых он предстанет перед ней, поскольку, как ему казалось, у той глаз – алмаз. И если она не признает в девице переодевшегося в неё Дмитрия Гладышева, то можно смело появляться в таком обличии и в других, более серьёзных местах и ситуациях. Конечно, лучший способ проверить мастерство своего перевоплощения был показаться на глаза матери. Но Дима всерьёз опасался того, что в доме засели менты в ожидании его появления, и, если номер не пройдёт, это грозило тяжёлыми последствиями. Поэтому иного пути проверить своё искусство наряжаться в девочку, кроме как показаться на глаза Анжеле, у него сейчас не было.

«Снежинка» не была тем заведением, которое пользовалось бы репутацией престижного для тусовок всяких там избранных групп места. Зато другие здесь отдыхали с удовольствием. Вот и сейчас в кафе было полно разного народа, от родителей с детьми, что пожирали мороженное, десерты и пили молочные коктейли, до таких сорвиголов, как Анжела, которые сидели и скучающе высматривали, кто бы их угостил чем-нибудь покрепче.

У Анжелы денег не было никогда, и это Диму сейчас устраивало, поскольку его «дивчына» также не могла похвастаться наличными.

Всю дорогу в кафе он придумывал себе легенду поосновательнее и поправдивее на случай, если Анжела не признает в нём совсем спятившего и съехавшего с катушек Гладышева, но твёрдо решил, что в случае провала образа больше не будет рисковать и появляться в свете в таком виде, поскольку ничего кроме клоунады это бы ему не принесло. А клоуном он выступать не хотел, да и не мог сейчас: слишком высоки были ставки.

Перебирая одну легенду за другой, какие только приходили ему не ум, Гладышев не признавал ни одну из них подходящей для того, чтобы заинтересовать своей персоной Анжелу. Он уже отчаялся придумать что-нибудь, как вдруг его озарила неплохая, оригинальная и смелая идея.

И когда он входил в «Снежинку», то уже целиком настроился на придуманный им образ и вошёл в роль.

[content_block id=12792 slug=posle-prg]